ИНТЕРВЬЮ

Джеймс Бибер (James Biber)

Архитектор

«Быть лучшим в архитектуре — значит выходить за рамки архитектуры».


  • biber_1.jpg
  • biber_2.jpg
  • biber_4.jpg
  • biber_4.jpg0

Уже более 25 лет Джеймс Бибер работает в различных областях архитектуры. Получив в Корнелльском университете сперва биологическое, а затем и архитектурное образование, Бибер разделяет убеждение, что архитектура, как средство выражения идентичности, неотделима от языка форм и тектоники,

а следовательно, тесно связана с физическим, культурным или же метафорическим контекстом.

Авторству Бибера принадлежат такие проекты, как павильон США на выставке «Экспо-2015» в Милане, музей Harley-Davidson в Милуоки, частный дом на океанском побережье в нью-йоркском районе Хэмптонс, входящий в структуру Городского университета Нью-Йорка Колледж Уильяма Маколея, национальная «капсула времени» США, посвященная встрече нового тысячелетия, публичные галереи Института Коха при Массачусетском технологическом институте, общественная зона в Департаменте пробации Нью-Йорка и розничный магазин Best Made Company.

Как бы Вы определили свою работу и подход к дизайну и архитектуре в рамках цифрового и глобального общества?
Архитектура — это, по сути, аналоговое воплощение модели, возникшей благодаря цифровому процессу. Даже здание с самой совершенной интеллектуальной системой управления существует в трехмерном мире, который в определенном смысле остается одинаковым на протяжении веков. Такие старые города, как Милан, совершенно гармонично вписались в наш глобальный, цифровой, стремительный и сетевой мир по той причине, что люди изменились меньше, чем мы готовы признать. 

Для меня архитектура — это постоянный компонент, который посредничает с физическим миром, формирует социальное взаимодействие и создает контекст для всей человеческой деятельности.

Сегодня мы слишком часто используем слово «дизайн». Что служит для Вас эталоном и чему Вы уделяете внимание?
Изобразительное искусство — это постоянный источник вдохновения и идей, которые удачно обособлены от мира функциональности и затрат. А история представляет собой исследовательский инструмент, виртуальный каталог уроков. Онлайн-мир позволяет нам прибегать к обеим областям знаний с невиданной ранее скоростью.

Мы живем в мире, где культура, творчество и инновации взаимодополняют друг друга. Но что действительно важно в творческом процессе?
Центральную роль в наших дизайнерских проектах играет идентичность. Наша творческая работа обусловлена поиском ключевых элементов идентичности клиента, пользователя или организации. Синергия воплощена в том, как создается четко сформулированная идентичность посредством культуры, искусства, дву- и трехмерного пространства, образов, метафор и нарративных средств.

Как складываются Ваши отношения с заказчиками?
Однажды мой партнер сказал: «Не ищи клиентов, ищи друзей» — и хотя этот совет кажется по-детски простым, он по сути верен. Мы рассчитываем на тех, с кем работаем над большими проектами. Нам нравится сотрудничать с самыми умными людьми на земле. Доверительные отношения с мудрым клиентом — лучшая гарантия высоких результатов.

Когда-то я расставлял приоритеты следующим образом: РАБОТА, ЛЮДИ, ДЕНЬГИ и т. д. Но теперь я знаю, что основное внимание нужно уделять ЛЮДЯМ, а все остальное приложится.

Как, по Вашему мнению, изменяются жизненные привычки? И насколько важно знать индивидуальные потребности клиента?
При создании жилья мы обращаем внимание на глубоко личные жизненные условия отдельных людей, при дизайне более публичных проектов — на привычки и стиль жизни подгрупп. Недавно мы работали над проектом для беднейших жителей Нью-Йорка и столкнулись со стилем жизни и ценностями, которые выходят далеко за границы привычных для нас вещей. Такой опыт поучителен и серьезно меняет точку зрения.

В каком доме, городе, окружении и за каким занятием Вы представляете себя через 10 лет?
Надеюсь, что через 10 лет моя жизнь будет связана с городом Нью-Йорком, сельской местностью на севере штата Нью-Йорк, Миланом и, может быть, Лос-Анджелесом. По крайней мере, с тремя вариантами из четырех! До недавнего времени у нас были дома в первых трех местах, и такая жизнь включает практически все, что мы любим. Нас (и нашу собаку!) во многом привлекают и города, и сельские районы, но пригород, где я вырос, вобрал все худшее от обоих. Это ни город, ни деревня, ни частное пространство, ни публичное. Это единственное место, где я надеюсь никогда не жить.

Какие у Вас отношения с домом и какая Ваша любимая комната?
Как у обитателя дома и архитектора, который строит дома для других, — и это совершенно разные отношения. В первом случае мне нравится налет времени, своеобразность слишком больших или маленьких комнат и несовершенства видов и промежуточных пространств. Как архитектор, я стремлюсь к ясности, импульсу и сложной простоте.

Мои любимые комнаты — те, которые находятся между внешним и внутренним пространством дома и служат посредником между ними: внутренние дворы, застекленные террасы и веранды.